Sie sind auf Seite 1von 32

Ich weiß nicht, was soll es bedeuten

Ich weiß nicht (я не знаю), was soll es bedeuten (что это должно
означать=что это значит),

Dass ich so traurig bin (что я такой грустный = что мне так грустно);

Ein Märchen (сказка: das Märchen) aus alten Zeiten (из старых времен: die
Zeit),

Das kommt mir nicht aus dem Sinn (не выходит у меня из мыслей, из
сознания: der Sinn).

Die Luft ist kühl (воздух прохладен) und es dunkelt (и темнеет = смеркается),

Und ruhig fließt (спокойно течет) der Rhein;

Der Gipfel des Berges (вершина горы: der Berg) funkelt (искрится, сверкает;
der Funke – искра)

Im Abendsonnenschein (в вечернем солнечном свете, сиянии: der Abend –


вечер + die Sonne – солнце + der Schein – свет, свечение).

Die schönste Jungfrau sitzet (прекраснейшая дева сидит)

Dort oben (там наверху) wunderbar (чудесно = такая чудесная),

Ihr goldnes Geschmeide blitzet (ее золотое украшение, убор  ожерелье или
диадема  сверкает),

Sie kämmt (она причесывает) ihr goldenes Haar (свои золотые волосы).

 
Sie kämmt es (причесывает их) mit goldenem Kamme (золотым гребнем: der
Kamm),

Und singt ein Lied (и поет песню) dabei (при этом);

Das (она /песня/) hat eine wundersame (обладает чỳдной),

Gewaltige Melodei (могучей мелодией).

Den Schiffer (человека, управляющего судном, шкипера) im kleinen Schiffe


(на маленьком судне: das Schiff)

Ergreift es (охватывает оно /песня/) mit wildem Weh (дикой тоской /по
Лорелее/: das Weh);

Er schaut nicht (не смотрит) die Felsenriffe (на скальные рифы: der Fels + das
Riff),

Er schaut nur (он смотрит только) hinauf (туда-вверх) in die Höh (в высь).

Ich glaube (я думаю, полагаю: „верю“), die Wellen (волны: die Welle)
verschlingen (поглотят)

Am Ende (в конце = в конце концов: das Ende) Schiffer (человека, ведущего


судно) und Kahn (и челн: der Kahn);

Und das (и это) hat mit ihrem Singen (своим пением: das Singen)

Die Lore-Lei getan (сделала Лорелей: tun).

Ich weiß nicht, was soll es bedeuten


 

Ich weiß nicht, was soll es bedeuten,

Dass ich so traurig bin;

Ein Märchen aus alten Zeiten,

Das kommt mir nicht aus dem Sinn.

Die Luft ist kühl und es dunkelt,

Und ruhig fließt der Rhein;

Der Gipfel des Berges funkelt

Im Abendsonnenschein.

Die schönste Jungfrau sitzet

Dort oben wunderbar,

Ihr goldnes Geschmeide blitzet,

Sie kämmt ihr goldenes Haar.

Sie kämmt es mit goldenem Kamme,

Und singt ein Lied dabei;

Das hat eine wundersame,

Gewaltige Melodei.
 

Den Schiffer im kleinen Schiffe

Ergreift es mit wildem Weh;

Er schaut nicht die Felsenriffe,

Er schaut nur hinauf in die Höh.

Ich glaube, die Wellen verschlingen

Am Ende Schiffer und Kahn;

Und das hat mit ihrem Singen

Die Lore-Lei getan.

Heinrich Heine (1797 – 1856)

 
(текст адаптировал Илья Франк)
 
Информация об авторе стихотворения:
 

Генрих Гейне - немецкий поэт, публицист, критик. Родился Генрих Гейне 13 декабря
1797 в Дюссельдорфе, в небогатой еврейской семье купца Самсона Гейне. По окончании
Дюссельдорфского лицея, отец поместил Генриха в одну из франкфуртских банкирских
контор для изучения вексельного дела, а затем - приказчиком в бакалейный склад. Через
два месяца Генрих сбежал домой, после чего отец отправил его в Гамбург, на этот раз, к
дяде - Соломону Гейне. Благодаря содействию влиятельного дяди, Генрих Гейне открыл
комиссионерскую контору. В 1819, благодаря поддержке дяди, Генрих Гейне поступил на
юридический факультет университета в Бонне, но охотнее всего посещал лекции по
филологии, истории, истории литературы, эстетики, философии. Менее, чем через год,
Гейне переходит в геттингенский университет. В 1821 переселяется в Берлин. В 1821-1823
слушал лекции Г. Гегеля, преподававшего в берлинском университете. В 1824 сдает
экзамены в Геттингене. Осенью 1824 совершает путешествия по Гарцу и Тюрингии.
Весною 1825 Генрих Гейне перешел в лютеранство, тогда же получил степень доктора
юридических наук. В 1825 был опубликован первый том "Путевых Картин", имевший
большой успех среди читателей, но почти сразу запрещенный во многих городах
Германии. Вскоре был напечатан второй том "Путевых картин", который запретили в
Ганновере, Пруссии, Австрии, Мекленбурге и большинстве мелких европейских
государств. В конце 1927 переезжает в Мюнхен, где устраивается редактором в газету
"Politische Annalen". Через полгода отправляется в путешествие по Италии итогом
которого явился третий том "Путевых картин", запрещенный в Пруссии. С мая 1831, уехав
во Францию, Гейне становится политическим эмигрантом. Во Франции изучает труды
социалистов-утопистов, в отличие от которых выступает как сторонник политической
борьбы. Живя в Париже, в декабре 1843 знакомится с молодым К. Марксом. С 1846
Генрих Гейне тяжело заболевает. В мае 1848, он, полуслепой, полухромой, в последний
раз вышел из дому на прогулку, и с тех пор уже до самой смерти остался прикованным к
своей постели - к своей "матрацной могиле". В этот период появляются "Боги в изгнании",
"Стихийные духи", "Признания", стихотворные циклы "Романсеро", "Лазарь", "Последние
стихотворения".

Генрих Гейне умер 17 февраля 1856 в Париже. Похоронен на кладбище Монмартра. На


острове Корфу, по заказу австрийской императрицы Елизаветы, жены Франца-Иосифа, в
память Гейне был воздвигнут мавзолей. В 1900 скромный памятник, поставленный вдовой
Гейне на могиле поэта и содержавший всего два слова "Henri Heine", был заменен новым,
сделанным в Риме по заказу австрийской императрицы.

Среди произведений Генриха Гейне - стихи, трагедии, очерки: "Альманзор" (1823;


трагедия), "Ратклиф" (1823; трагедия), "Путевые картины" (Reisebilder, части 1-4; 1826-
1831; очерки о путешествии по Гарцу, Тюрингии), "Книга песен" (1-е полное издание -
1827), "Французские художники" (1831; очерк), "Книга Легран", "Французские дела"
(1832), "Романтическая школа" (1833), "К истории религии и философии в Германии"
(1834)., "О французской сцене" (1837; письма), "Людвиг Берне" (1840; памфлет,
критиковавший группу "Молодая Германия"), "Лютеция" (1840-1847), "Атта Тролль",
(1841-1843, поэма), "Современные стихотворения" (1843-1844), "Германия, зимняя сказка"
(1844; впервые главы были напечатаны в парижской газете немецких эмигрантов
"Форвертс" ("Vorwarts")), "Романсеро" (сборник стихов; в печати появился в 1851),
"Признания" (1853-1854).

Der verschwundene Stern


(пропавшая, исчезнувшая звезда; verschwinden – исчезать)

Es stand ein Sternlein am Himmel (стояла звездочка на небе: stehen; das


Sternlein; der Himmel; der Stern – звезда),
Ein Sternlein guter Art (звездочка добрая, прекрасная: «хорошего вида,
рода»: die Art);
Das tät so lieblich scheinen (она так мило светила: «делала так мило
светить»: tun – делать),
So lieblich und so zart (и так нежно: zart – нежный, тонкий, легкий, мягкий)!

Ich wusste seine Stelle (я знал ее: «его» место)


Am Himmel, wo es stand (на небе, где она стояла);
Trat abends vor die Schwelle (выходил вечером за порог: «ступал перед порог»:
treten)
Und suchte (и искал), bis ich’s fand (пока я ее /не/ находил: finden).

Und blieb dann lange stehen (и оставался = продолжал затем долго стоять: bleiben
– оставаться),
Hatt’ große Freud in mir (и радостно было у меня на душе: «имел большую радость
во мне»: die Freude):
Das Sternlein anzusehen (смотреть на звездочку: etwas ansehen – смотреть на
что-либо);
Und dankte Gott dafür (и благодарил Бога за это).

Das Sternlein ist verschwunden (звездочка пропала, исчезла: verschwinden);


Ich suche hin und her (я ищу повсюду: «туда и сюда»),
Wo ich es sonst gefunden (где я ее обычно находил: finden),
Und find es nun nicht mehr (и не нахожу ее теперь больше).

Der verschwundene Stern


 
Es stand ein Sternlein am Himmel,
Ein Sternlein guter Art;
Das tät so lieblich scheinen,
So lieblich und so zart!

Ich wusste seine Stelle


Am Himmel, wo es stand;
Trat abends vor die Schwelle
Und suchte, bis ich’s fand.

Und blieb dann lange stehen,


Hatt’ große Freud in mir:
Das Sternlein anzusehen;
Und dankte Gott dafür.

Das Sternlein ist verschwunden;


Ich suche hin und her,
Wo ich es sonst gefunden,
Und find es nun nicht mehr.

Matthias Claudius (1740 – 1815)

 
(текст адаптировал Илья Франк)
 
Информация об авторе стихотворения:
 

Клаудиус (Claudius) Маттиас [настоящее имя: псевдонимы - Асмус,


Вандсбеккер Боте (Asmus, Wandsbecker Bote) и др.] (15.8.1740, Рейнфельд,-
21.1.1815, Гамбург), немецкий поэт и публицист, близкий к поэтам "Бури и
натиска". Издавал газету "Вандсбеккер Боте" ("Der Wandsbecker Bote",
1771-1775), в которой сотрудничали И. В. Гёте, И. Г. Гердер и др. Используя
популярные жанры, К.-просветитель обличал феодальные пороки, однако
осуждал Великую французскую революцию. Лирические песни К.
проникнуты духом народной поэзии.

Соч.: Werke des Wandsbecker Boten, Bd 1-2, Schwerin, 1958.

Лит.: Albrecht G., M. Claudius in seiner Zeit, в кн.: Werke des Wandsbecker
Boten, Bd 1, Schwerin, 1958.

Liebe
(любовь)

Liebe – halten die Sterne (несут: «держат» звезды: der Stern)

über den Küssen Wacht (над поцелуями вахту: der Kuss; die Wacht halten),

Meere (моря: das Meer) – Eros der Ferne (Эрос дали: die Ferne; fern –
далекий) –

rauschen (шумят, шелестят), es rauscht die Nacht (шелестит ночь),

steigt um Lager (поднимается вокруг ложа: das Lager), um Lehne (вокруг


спинки /кровати/; sich lehnen – прислоняться, облокачиваться),

eh sich das Wort verlor (прежде чем потеряется, прежде чем произносится
слово: verlieren-verlor-verloren – терять),

Anadyomene (Анадиомена: «появившаяся над поверхностью моря» =


Афродита)

ewig aus Muscheln vor (вечно из раковин наружу: die Muschel).

 
Liebe – schluchzende Stunden (любовь – рыдающие часы)

Dränge der Ewigkeit (натиски, приступы вечности; der Drang – натиск,


наступление; drängen – теснить)

löschen ohne viel Wunden (гасят без многих ран: die Wunde)

ein paar Monde der Zeit (несколько лун, месяцев времени: der Mond),

landen (причалить, приземлиться) – schwärmender Glaube (восторженная


вера; für etwas schwärmen – восторгаться чем-либо)! –

Arche und Ararat (ковчег и Арарат)

sind dem Wasser zu Raube (/отданы, предназначены/ на ограбление,


разграбление, в добычу воде; rauben – грабить; das Wasser),

das keine Grenzen hat (которая не имеет границ: die Grenze).

Liebe – du gibst die Worte (ты даешь слова)

weiter (дальше = передаешь), die dir gesagt (которые тебе /были/ сказаны),

Reigen (хороводы: der Reigen) – wie sind die Orte (как места: der Ort)

von Verwehtem durchjagt (пронизаны унесенным ветром = тем, что унес


ветер; wehen – дуть, веять /о ветре/; jagen – гнать/ся/, охотиться /на
кого-либо/; мчаться),

Tausch (смена, обмен: der Tausch; tauschen – менять) – und die Stunden
wandern (и часы отправляются в путь)

und die Flammen wenden sich (и языки пламени обращаются: die Flamme –
пламя),
zwischen Schauern von andern (между трепетаниями, содроганиями других:
der Schauer – трепет, благоговение, восторг)

gibst du und nimmst du dich (даешь ты и берешь себя).

Liebe
 

Liebe – halten die Sterne

über den Küssen Wacht,

Meere – Eros der Ferne –

rauschen, es rauscht die Nacht,

steigt um Lager, um Lehne,

eh sich das Wort verlor,

Anadyomene

ewig aus Muscheln vor.

Liebe – schluchzende Stunden

Dränge der Ewigkeit

löschen ohne viel Wunden


ein paar Monde der Zeit,

landen – schwärmender Glaube! –

Arche und Ararat

sind dem Wasser zu Raube,

das keine Grenzen hat.

Liebe – du gibst die Worte

weiter, die dir gesagt,

Reigen – wie sind die Orte

von Verwehtem durchjagt,

Tausch – und die Stunden wandern

und die Flammen wenden sich,

zwischen Schauern von andern

gibst du und nimmst du dich.

Gottfried Benn

(Адаптировал Илья Франк)

Информация об авторе стихотворения:

Готфрид Бенн (Benn), (1886-1956), крупный немецкий поэт и публицист, по


образованию врач, сторонник нацистского режима. Родился 2 мая 1886 в
Мансфельде. Еще занимаясь врачебной практикой в Берлине, обратился к
литературному творчеству и стал одним из ведущих поэтов-
экспрессионистов Германии. Находясь под сильным влиянием философии
Ницше и Шпенглера, сочетал в своем творчестве холодный жаргон врача с
великими взлетами лирической поэзии. Тревожимый проблемой
национального возрождения, Бенн утверждал, что германскую расу
необходимо уберечь от деградации и выхолащивания со стороны опасного
смешения с другими нациями. Вначале воспринял нацистский режим как
подлинное возрождение германской нации, как избавление от той
разновидности рационализма, которая, по его мнению, парализовала
западную цивилизацию. Он восхищался гитлеровской концепцией
"мистического коллективизма" и соглашался с догмами нацистской
философии, утверждавшими, в частности, что индивидуальное "я" должно
уступить дорогу более мощному и жизнеспособному "мы".

     Очень скоро Бенн лишился всяких иллюзий относительно сущности нацистского
режима. Его этические и эстетические представления оказались несовместимыми с
деяниями нацистов, и он обвинил нацистских лидеров в неправильном понимании
собственной концепции "права на жизнь в период улучшения породы". Он убедился, что
нацистская революция не принесла ничего нового, и героическое восприятие жизни
заполнилось духом жертвоприношения. Со своей стороны, нацистские власти были
возмущены тем, что Бенн изобразил немцев как исчерпавший себя народ. В 1938
Имперская палата культуры исключила Бенна из числа своих членов. С началом 2-й
мировой войны он был призван на военную службу в качестве врача и отправлен в
отдаленный гарнизон на востоке Германии, где в относительной изоляции изливал свое
отчаянье в поэмах и эссе. Оправдывая после войны свою первоначальную поддержку
Гитлера, Бенн говорил, что в 1933 никто не воспринимал нацистскую программу
антисемитизма и расизма всерьез. Только позднее, говорил он, ужасная правда вышла на
свет. Теперь он стал утверждать, что поэт не должен заниматься политикой, что он
прежде всего нуждается в уединении и аскетизме, чтобы творить. Бенн умер в Берлине 7
июля 1956.

Das Mädchen aus der Fremde


(нездешняя девушка: «из чужбины»; fremd – чужой; иностранный)

In einem Tal bei armen Hirten (в одной долине, у бедных пастухов: das Tal;
der Hirt)

Erschien mit jedem jungen Jahr (появлялась с каждой весной: «с каждым


юным годом»: erscheinen; das Jahr),

Sobald die ersten Lerchen schwirrten (как только замелькают в воздухе


первые жаворонки: die Lerche; schwirren – носиться /с жужжанием,
свистом/ в воздухе),
Ein Mädchen, schön und wunderbar (девушка, прекрасная и чудесная = с
красивой и загадочной внешностью).

Sie war nicht in dem Tal geboren (она не была рождена в этой долине),

Man wusste nicht, woher sie kam (и не было известно: «не знали», откуда она
пришла: kommen),

Doch schnell war ihre Spur verloren (но быстро терялся ее след: «был
потерян»: verlieren-verlor-verloren),

Sobald das Mädchen Abschied nahm (как только девушка прощалась: der
Abschied – расставание, прощание; nehmen-nahm-genommen – брать).

Beseligend war ihre Nähe (ее близость делала /людей/ счастливыми,


приводила в восторг: «была осчастливливающей»: selig – блаженный;
beseligen – осчастливливать, приводить в восторг),

Und alle Herzen wurden weit (и все сердца «становились просторными» = в


груди росло, ширилось чувство: das Herz; weit – далекий; просторный,
широкий),

Doch eine Würde, eine Höhe (но достоинство, возвышенность; hoch –


высокий; die Höhe – высота)

Entfernte die Vertraulichkeit (удаляла = делала невозможной, пресекала


вольность /в общении/, фамильярность: die Vertaulichkeit – доверчивость;
непринужденность; vertrauen – доверять; fern – далекий).

Sie brachte Blumen mit und Früchte (она приносила цветы и плоды: die
Blume; der Frucht),
Gereift auf einer andern Flur (созревшие на ином поле: die Flur – поле, нива,
луг; угодья, общинная земля),

In einem andern Sonnenlichte (в ином солнечном свете: die Sonne + das


Licht),

In einer glücklichern Natur (в более счастливой природе; das Glück –


счастье, удача).

Und teilte jedem eine Gabe (и распределяла, раздавала каждому /какой-


либо/ дар: teilen – делить),

Dem Früchte, jenem Blumen aus (этому плоды, тому цветы = кому плоды,
кому цветы; austeilen – раздавать),

Der Jüngling und der Greis am Stabe (юноша и старик, /опирающийся/ на


палку),

Ein jeder ging beschenkt nach Haus (каждый уходил одаренным домой;
schenken – дарить; beschenken – одаривать).

Willkommen waren alle Gäste (все гости = приходящие были желанны,


одинаково привечаемы: der Gast),

Doch nahte sich ein liebend Paar (но если приближалась любящая,
возлюбленная пара: das Paar),

Dem reichte sie der Gaben beste (ей она протягивала, подавала из даров
лучший),

Der Blumen allerschönste dar (из цветов самый лучший: reichen –


протягивать; darreichen – протягивать кому-либо, подавать).
 

Das Mädchen aus der Fremde


 

In einem Tal bei armen Hirten

Erschien mit jedem jungen Jahr,

Sobald die ersten Lerchen schwirrten,

Ein Mädchen, schön und wunderbar.

Sie war nicht in dem Tal geboren,

Man wusste nicht, woher sie kam,

Doch schnell war ihre Spur verloren,

Sobald das Mädchen Abschied nahm.

Beseligend war ihre Nähe,

Und alle Herzen wurden weit,

Doch eine Würde, eine Höhe

Entfernte die Vertraulichkeit.

 
Sie brachte Blumen mit und Früchte,

Gereift auf einer andern Flur,

In einem andern Sonnenlichte,

In einer glücklichern Natur.

Und teilte jedem eine Gabe,

Dem Früchte, jenem Blumen aus,

Der Jüngling und der Greis am Stabe,

Ein jeder ging beschenkt nach Haus.

Willkommen waren alle Gäste,

Doch nahte sich ein liebend Paar,

Dem reichte sie der Gaben beste,

Der Blumen allerschönste dar.

Friedrich Schiller (1759 – 1805)

(адаптировал Илья Франк)

Информация об авторе стихотворения:

Фридрих Шиллер - родился 1759, умер 1805. Немецкий поэт, драматург и теоретик
искусства Просвещения; наряду с Г. Э. Лессингом и И. В. Гёте основоположник немецкой
классической литературы. Мятежное стремление к свободе, утверждение человеческого
достоинства, ненависть к феодальным порядкам выражены уже в юношеских драмах
периода «Бури и натиска»: «Разбойники» (1781), «Заговор Фиеско» (1783), «Коварство и
любовь» (1784). Столкновение просветительских идеалов с действительностью, интерес к
социальным потрясениям прошлого определили напряжённый драматизм трагедий
Шиллера («Дон Карлос», 1783 — 87; «Мария Стюарт», 1801, и другие, народные драмы
«Вильгельм Телль» (1804) ), обусловили создание им теории «эстетического воспитания»
как способа достижения справедливого общественного устройства.

Liebes-Lied
(песнь любви: die Liebe – любовь + das Lied – песня)

Wie soll ich meine Seele halten, dass (как должен я держать = как мне
удержать мою душу, чтобы)
sie nicht an deine rührt (она не коснулась твоей, не прикоснулась к твоей)?
Wie soll ich sie (как мне ее)
hinheben (поднять «туда» = перенести; heben – поднимать) über dich zu
andern Dingen (через тебя к другим, остальным вещам: das Ding)?
Ach gerne möcht ich sie (охотно хотел бы я ее) bei irgendwas (у, возле чего-
то)
Verlorenem (потерянного, затерявшегося; verlieren – терять) im Dunkel
unterbringen (в темноте поместить = укрыть: das Dunkel; dunkel – темный)
an einer fremden stillen Stelle, die (в одном чужом = никому неизвестном,
тихом месте, которое)
nicht weiterschwingt (не раскачивается «дальше», не взлетает в воздух),
wenn deine Tiefen schwingen (когда твои глубины качаются, вибрируют: die
Tiefe – глубь, глубина; tief – глубокий).
Doch alles (однако все), was uns anrührt (что к нам прикасается, нас
касается), dich und mich (тебя и меня),
nimmt uns zusammen (берет, собирает нас вместе; nehmen – брать) wie ein
Bogenstrich (как удар, касание смычка: der Bogen – cмычок + der Strich –
касание, проведение /смычком по струнам/; streichen – гладить,
проводить рукой),
der aus zwei Saiten eine Stimme zieht (который из двух струн выводит,
вытягивает один голос = который две струны заставляет звучать в один
голос: die Saite).
Auf welches Instrument sind wir gespannt (на какой инструмент мы натянуты:
spannen)?
Und welcher Geiger hat uns in der Hand (и какой скрипач держит нас в руке;
die Geige – скрипка)?
O süßes Lied (о сладостная песнь).

Liebes-Lied
 

Wie soll ich meine Seele halten, dass


sie nicht an deine rührt? Wie soll ich sie
hinheben über dich zu andern Dingen?
Ach gerne möcht ich sie bei irgendwas
Verlorenem im Dunkel unterbringen
an einer fremden stillen Stelle, die
nicht weiterschwingt, wenn deine Tiefen schwingen.
Doch alles, was uns anrührt, dich und mich,
nimmt uns zusammen wie ein Bogenstrich,
der aus zwei Saiten eine Stimme zieht.
Auf welches Instrument sind wir gespannt?
Und welcher Geiger hat uns in der Hand?
O süßes Lied.

 
Rainer Maria Rilke (1875 – 1926)

 (адаптировал Илья Франк)

Информация об авторе стихотворения:

Райнер Мария Рильке родился в Праге в немецкой семье. В 1886 - 1891


учился в кадетском училище, но, будучи впечатлительным и
чувствительным юношей, уклонился от военной службы, предпочтя ей
литературу и историю искусства. В 1897 познакомился с Лу-Андреас
Саломе, познакомившей его с Россией. "Русская душа" покорила его на всю
жизнью. В России он встречается со Львом Толстым, Леонидом
Пастернаком и многими другими деятелями культуры. В 1900 поселился в
колонии живописцев Ворпсведе и женился на Кларе Вестхоф, с которой,
впрочем, скоро расстался. Художница Паула Модерзон-Беккер, была
подругой его жены. В ее честь был написан один из гениальных реквиемов.
В 1905 служил секретарем у великого скульптора Родена. Путешествовал
по Северной Африке, Египту, Испании. В 1911 - 1912 жил в замке Дуино на
Адриатике, по имени которого названы знаменитые элегии. Во время
Первой мировой живет в Мюнхене. Короткое время находился в
австрийском ополчении, но уволен из-за плохого состояния здоровья.
После войны жил в Швейцарии. Скончался в конце 1926 года от лейкемии.

Lied der Freundschaft


Perstet amicitiae semper venerabile Faedus!

(Песнь дружбы: пусть вечен будет, да пребудет всегда достойный


уважения, почтения союз дружбы, дружественный союз – лат.)

Der Mensch hat nichts so eigen (у человека нет ничего, столь ему
свойственного: «собственного»),
so wohl steht ihm nichts an (столь хорошо ничто ему ни к лицу = нет ничего
более подходящего),
als dass er Treu' erzeigen (как то, что он может выказывать верность: die
Treue; treu – верный; zeigen – показывать)
und Freundschaft halten kann (и блюсти: «держать» дружбу);
wann er mit seinesgleichen (когда он с себе подобными)
soll treten in ein Band (вступает в союз, узы; binden – связывать),
verspricht sich, nicht zu weichen (обещает, клянется не отступать)
mit Herzen, Mund und Hand (сердцем, устами и рукой: das Herz; der Mund;
die Hand).

Die Red' ist uns gegeben (речь дана нам: geben-gab-gegeben),


damit wir nicht allein (чтобы мы не одни, не одиноко)
vor uns nur sollen leben (для себя бы лишь жили: vor = für)
und fern von Leuten sein (и были бы далеки от людей: die Leute – люди);
wir sollen uns befragen (мы должны спрашивать друг друга: «нас»)
und sehn auf guten Rat (и принимать во внимание хороший, добрый совет),
das Leid einander klagen (жаловаться друг другу на муку, горе),
so uns betreten hat (которое нас постигло; tren\ten-trat-getreten –
/на/ступать).

Was kann die Freude machen (что может сделать радость),


die Einsamkeit verhehlt (которую утаивает одиночество)?
Das gibt ein doppelt Lachen (то дарит двойной смех),
was Freunden wird erzählt (что рассказывается друзьям: der Freund – die
Freunde);
der kann sein Leid vergessen (тот может позабыть о своем страдании:
vergessen-vergaß-vergessen),
der es von Herzen sagt (кто говорит его от /всего/ сердца, кто изливает
/другу/ сердце);
der muss sich selbst auffressen (тот должен сам себя пожрать = тот поневоле
съедает себя самого),
der in geheim sich nagt (кто втайне себя грызет).
 

Gott stehet mir vor allen (Бог для меня – главнее всех: «впереди всех»),
die meine Seele liebt (кого любит моя душа);
dann soll mir auch gefallen (затем же /после Бога/ мне, пожалуй, нравится,
люб),
der mir sich herzlich gibt (тот, кто себя мне сердечно /по/дает = кто мне по-
дружески открывается).
Mit diesem Bunds-Gesellen (с этим сотоварищем: der Geselle –
подмастерье, член артели; парень; die Gesellschaft – общество)
verlach' ich Pein und Not (/по/смеюсь я над мукой и нуждой, бедой: die Pein;
die Not),
geh' auf den Grund der Hellen (спущусь на дно ада: die Hölle)
und breche durch den Tod (и пробьюсь сквозь смерть: brechen – ломать).

Ich hab', ich habe Herzen (у меня есть сердца: das Herz),
so treue wie gebührt (такие надежные, как полагается, как надо),
die Heuchelei (которых лицемерие, притворство: die Heuchelei; heucheln –
лицемерить) und Scherzen (и насмешки)
nie wissentlich berührt (никогда «сознательно, нарочно» /не известно такого
случая/ не касаются, до которых не дотрагиваются);
ich bin auch ihnen wieder (я также им снова = и я, со своей стороны)
von Grund der Seelen hold (от основания души = от всей души привязан: der
Grund; die Seele; hold – благосклонен);
ich lieb euch mehr, ihr Brüder (я люблю вас больше, о братья),
als aller Erden Gold (чем золото всей земли: das Gold; die Erde).

Lied der Freundschaft


Perstet amicitiae semper venerabile Faedus!

(Der Bund der Freundschaft bleibe immer verehrenswert)


 

Der Mensch hat nichts so eigen,


so wohl steht ihm nichts an,
als dass er Treu' erzeigen
und Freundschaft halten kann;
wann er mit seinesgleichen
soll treten in ein Band,
verspricht sich, nicht zu weichen
mit Herzen, Mund und Hand.

Die Red' ist uns gegeben,


damit wir nicht allein
vor uns nur sollen leben
und fern von Leuten sein;
wir sollen uns befragen
und sehn auf guten Rat,
das Leid einander klagen,
so uns betreten hat.

Was kann die Freude machen,


die Einsamkeit verhehlt?
Das gibt ein doppelt Lachen,
was Freunden wird erzählt;
der kann sein Leid vergessen,
der es von Herzen sagt;
der muss sich selbst auffressen,
der in geheim sich nagt.

 
Gott stehet mir vor allen,
die meine Seele liebt;
dann soll mir auch gefallen,
der mir sich herzlich gibt.
Mit diesem Bunds-Gesellen
verlach' ich Pein und Not,
geh' auf den Grund der Hellen
und breche durch den Tod.

Ich hab', ich habe Herzen,


so treue wie gebührt,
die Heuchelei und Scherzen
nie wissentlich berührt;
ich bin auch ihnen wieder
von Grund der Seelen hold;
ich lieb euch mehr, ihr Brüder,
als aller Erden Gold.

Simon Dach (1605 – 1659)

(адаптировал Илья Франк)

Информация об авторе стихотворения:

Симон Дах (Simon Dach) - крупнейший немецкий поэт эпохи барокко, профессор
поэзии (а с 1656 – ректор) Университета имени герцога Альбрехта (Альбертины). В
довоенном Кёнигсберге в честь Симона Даха была названа улица.

An Deutschland
    Ja Mutter, es ist wahr (да, мать, это правда). Ich habe diese Zeit (я это
время),
Die Jugend mehr als faul und übel angewendet (юность – более чем лениво и
плохо использовал: anwenden – применять).
Ich hab' es nicht getan (я не сделал это /так/: tun-tat-getan), wie ich mich dir
verpfändet (как я тебе обещал; die Pfand – залог; verpfänden – закладывать,
отдавать в залог).
So lange bin ich aus und denke noch so weit (вот до каких мыслей я дошел,
вот что я осознал).
    Ach Mutter, zürne nicht (не гневайся)! Es ist mir mehr als leid (мне более
чем жаль),
Der Vorwitz (дерзновенность, дерзкий ум), dieser Mut hat mich zu sehr
verblendet (этот душевный настрой меня слишком ослепил: der Mut –
мужество, смелость; душевный настрой; blind – слепой),
Nun hab' ich allzuweit von dir, Trost, abgeländet (и вот, теперь я слишком
далеко от тебя, утешение, оказался: «отплыл, уплыл /в открытое море/»:
der Trost; das Land – суша)
Und kann es ändern nicht (и не могу это изменить), wie hoch es mich auch reut
(как бы сильно: «высоко» я бы не сожалел, не раскаивался бы; die Reue –
раскаяние).
    Ich bin ein schwaches Boot (я слабая = убогая лодка), ans große Schiff
gehangen (привязанная к большому кораблю: hängen-hing-gehangen –
висеть; hängen-hängte-gehängt – вешать /в совр. нем./),
Muß folgen (должен следовать), wie und wenn und wo man denkt hinaus (как и
когда и куда будет задумано).
Ich will gleich oder nicht (хочу я того или нет: gleich – ровный; равный; все
равно). Es wird nichts anders draus (по другому не получается: «не
становится ничего другого из этого»: draus = daraus).
    Indessen meine nicht (между тем не думай: «не полагай»), o du mein
schwer Verlangen (о ты, мое страстное: «тяжелое» устремление: das
Verlangen – желание; требование, потребность; verlangen – требовать,
желать),
Ich denke nicht auf dich (что я не думаю о тебе) und was mir Frommen bringt (и
/о/ том, что будет мне /моей душе/ на пользу: fromm – смиренный,
благочестивый; frommen – быть полезным /устар./).
Der wohnet überall (тот живет везде, всюду), der nach der Tugend ringt (кто
стремится к добродетели: ringen – бороться; стараться, прилагать
усилия).

An Deutschland
 

    Ja Mutter, es ist wahr. Ich habe diese Zeit,


Die Jugend mehr als faul und übel angewendet.
Ich hab' es nicht getan, wie ich mich dir verpfändet.
So lange bin ich aus und denke noch so weit.
    Ach Mutter, zürne nicht! Es ist mir mehr als leid,
Der Vorwitz, dieser Mut hat mich zu sehr verblendet,
Nun hab' ich allzuweit von dir, Trost, abgeländet
Und kann es ändern nicht, wie hoch es mich auch reut.
    Ich bin ein schwaches Boot, ans große Schiff gehangen,
Muß folgen, wie und wenn und wo man denkt hinaus.
Ich will gleich oder nicht. Es wird nichts anders draus.
    Indessen meine nicht, o du mein schwer Verlangen,
Ich denke nicht auf dich und was mir Frommen bringt.
Der wohnet überall, der nach der Tugend ringt.

 
Paul Fleming (1609 – 1640)

Herbsthauch
(дыхание осени: der Herbst – осень; der Hauch – дыхание, дуновение)

Herz (сердце: das Herz), nun so alt (теперь уж такое старое) und noch immer
nicht klug (и все еще неразумное),

Hoffst du von Tagen zu Tagen (надеешься изо дня в день: «от дней ко
дням»),

Was dir der prangende Frühling nicht trug (/то,/ что тебе не принесла
блистательная, роскошная весна; prangen –блистать, сверкать /в
праздничном убранстве/; tragen – нести),

Werde der Herbst dir noch tragen (принесет тебе /еще/ осень)?

Lässt doch der spielende Wind nicht vom Strauch (не оставляет ведь
играющий ветер куста: der Strauch – куст),

Immer zu schmeicheln (/не перестает с ним/ все время заигрывать:


schmeicheln – льстить, подольщаться), zu kosen (ласкаться),

Rosen entfaltet (розы развертывает, раскрывает; die Falte – складка) am


Morgen sein Hauch (утром его дыхание: der Morgen),

Abends verstreut er die Rosen (вечером он рассеивает = обрывает розы;


streuen – сыпать, рассыпать).

Lässt doch der spielende Wind nicht vom Strauch,


Bis er ihn völlig gelichtet (пока он его полностью не оборвет: lichten –
прорежать /например, лес/; das Licht – свет; voll – полный).

Alles (все), o Herz, ist ein Wind und ein Hauch,

Was wir geliebt und gedichtet (что мы любили и сочиняли). 

Herbsthauch
 

Herz, nun so alt und noch immer nicht klug,

Hoffst du von Tagen zu Tagen,

Was dir der prangende Frühling nicht trug,

Werde der Herbst dir noch tragen?

Lässt doch der spielende Wind nicht vom Strauch,

Immer zu schmeicheln, zu kosen,

Rosen entfaltet am Morgen sein Hauch,

Abends verstreut er die Rosen.

Lässt doch der spielende Wind nicht vom Strauch,

Bis er ihn völlig gelichtet.

Alles, o Herz, ist ein Wind und ein Hauch,

Was wir geliebt und gedichtet.

 
Friedrich Rückert (1788 – 1866)

 Предлагаем Вашему вниманию стихотворение И.В. Гете "К луне"

An den Mond
(к луне)

Johann Wolfgang Goethe (1749 – 1832)

Füllest (наполняешь, заполняешь) wieder (снова) Busch (кусты, кустарник:


der Busch) und Tal (долину: das Tal)
Still (тихо) mit Nebelglanz (туманным блеском, сиянием; der Nebel – туман),
Lösest (освобождаешь, развязываешь) endlich (наконец) auch (также) einmal
(один раз) = (освобождаешь наконец-то)
Meine Seele (мою душу) ganz (полностью, целиком);

Breitest (распространяешь, расстилаешь) über mein Gefild (над моей


равниной, полем, нивой: das Gefilde)
Lindernd (смягчая, успокаивая /боль, тревогу/) deinen Blick (твой взор),
Wie des Freundes Auge (как друга глаз: das Auge) mild (мягкий, добрый,
сострадательный)
Über mein Geschick (над моей судьбой, участью: das Geschick).

Jeden Nachklang (каждый отзвук, продолжение звучания; klingen – звучать;


nach – вслед) fühlt (чувствует) mein Herz (мое сердце: idas Herz)
Froh- und trüber Zeit (радостного и мрачного времени),
Wandle (бреду, брожу: wandeln) zwischen Freud und Schmerz (между
радостью и болью: die Freude; der Schmerz)
In der Einsamkeit (в одиночестве).

Fließe (теки), fließe, lieber Fluss (милая река)!


Nimmer (никогда) werd ich froh (/не/ стану я радостным),
So verrauschte (так отшумели, стихли: «отшелестели»; rauschen –
шелестеть) Scherz (шутка, забава: der Scherz) und Kuss (поцелуй: der
Kuss),
Und die Treue (верность) so.

Ich besaß es (я владел, обладал этим: besitzen) doch (же) einmal (однажды),
Was so köstlich ist (/тем,/ что так восхитительно)!
Dass (так, что) man doch zu seiner Qual (на свою муку: «к своей муке»)
Nimmer es vergisst (никогда этого не забудешь: vergessen)!

Rausche (шелести, журчи), Fluss, das Tal entlang (вдоль долины = по


долине),
Ohne Rast (без передышки, остановки: die Rast) und Ruh (и покоя: die Ruh),
Rausche, flüstre (шепчи: flüstern) meinem Sang (моей песне: der Sang)
Melodien (мелодии: die Melodie) zu (нашептывай, подсказывай: zuflüstern),

Wenn du in der Winternacht (когда ты зимней ночью: der Winter + die Nacht)
Wütend (яростно, ярясь) überschwillst (переполняешься, набухаешь =
выходишь из берегов: überschwellen),
Oder (или) um (вокруг) die Frühlingspracht (весеннего великолепия: der
Frühling + die Pracht)
Junger Knospen (молодых почек, бутонов: die Knospe) quillst (пробиваешься,
просачиваешься, набухаешь: quellen) = (омываешь, пробиваясь,
просачиваясь).

Selig (блажен), wer sich (кто себя) vor der Welt (от мира: «перед миром»)
Ohne Hass (без ненависти: der Hass; hassen – ненавидеть) verschließt
(запирает) = (запирается),
Einen Freund (друга) am Busen (у груди: der Busen) hält (держит: halten)
Und mit dem (с ним) genießt (наслаждается /тем/, вкушает /то/),

Was (что), von Menschen (людьми) nicht gewusst (не знаемо; wissen –
знать) = (что людям неизвестно)
Oder nicht bedacht (или о чем не подумали, что не приняли во внимание;
bedenken – обдумывать, принимать во внимание),
Durch das Labyrinth (через лабиринт = по лабиринту) der Brust (груди)
Wandelt (бредет, движется) in der Nacht (в ночи, ночью).

An den Mond
 

Füllest wieder Busch und Tal


Still mit Nebelglanz,
Lösest endlich auch einmal
Meine Seele ganz;

 
Breitest über mein Gefild
Lindernd deinen Blick,
Wie des Freundes Auge mild
Über mein Geschick.

Jeden Nachklang fühlt mein Herz


Froh- und trüber Zeit,
Wandle zwischen Freud und Schmerz
In der Einsamkeit.

Fließe, fließe, lieber Fluss!


Nimmer werd ich froh,
So verrauschte Scherz und Kuss,
Und die Treue so.

Ich besaß es doch einmal,


Was so köstlich ist!
Dass man doch zu seiner Qual
Nimmer es vergisst!

Rausche, Fluss, das Tal entlang,


Ohne Rast und Ruh,
Rausche, flüstre meinem Sang
Melodien zu,

 
Wenn du in der Winternacht
Wütend überschwillst,
Oder um die Frühlingspracht
Junger Knospen quillst.

Selig, wer sich vor der Welt


Ohne Hass verschließt,
Einen Freund am Busen hält
Und mit dem genießt,

Was, von Menschen nicht gewusst


Oder nicht bedacht,
Durch das Labyrinth der Brust
Wandelt in der Nacht.